ГОЛЕМ
Otesánek/Полено

Otesánek/Полено

Метки: | |

Otesánek / Полено

Чехия - Великобритания - Япония, 2000

Автор сценария и режиссёр: Ян Шванкмайер (Jan Svankmajer)

В ролях: Вероника Жилкова (Veronika Zilkova), Ян Хартл (Jan Hartl), Кристина Адамцова (Kristina Adamcova)

Оператор: Юрай Галванек (Juraj Galvanek)

Композитор: Карл Мария фон Вебер (Carl Maria von Weber)

Продюсеры: Кейт Гриффитс (Keith Griffiths), Яромир Каллиста (Jaromir Kallista), Ян Шванкмайер (Jan Svankmajer)

Замечательный режиссёр Ян Шванкмайер создал свой узнаваемый стиль, выделяющийся напряжённой причудливостью даже на общем, довольно-таки сказочном, фоне чешского кинематографа. Как для ребёнка или дикаря, для Шванкмайера не существует неживых предметов: каждый из них, обработанный с помощью анимации, способен задвигаться, выявляя свою маленькую жутковатую душу. И наоборот – человек может сделаться неодушевлённым предметом, перевоплощаясь в деревянную марионетку или висящий на стене плакат… Эти трансформации живого/неживого как нельзя лучше подходят для фольклорного сюжета, ставшего основой фильма "Полено". Итак, жили-были… нет, не старик со старухой, а современные и довольно-таки молодые ещё супруги, Карел и Божена Хораковы. Но детей у них, в лучших сказочных традициях, не было, и если муж относился к этой проблеме без особого фанатизма, то жена буквально сходила с ума. Как-то раз, копая землю на даче, муж нашёл корень, похожий на человечка. Кое-где подправив, подтесав, придав более совершенные очертания, он преподносит деревянную куклу супруге – просто для того, чтобы развеселить. Не предвидя последствий… Божена прикипела к ребёнку – да, именно так она его воспринимает с первой секунды – всем сердцем. И Полено (по-чешски "Отесанек", уменьшительно-ласкательное - "Отик") оживает. На беду своим родителям, деревяшка оказывается неимоверно прожорлива. Как ни стараются Хораковы удовлетворить пищевые потребности чада, притаскивая из магазина огромные сумки мяса и молока, Полено постоянно испытывает голод. Вскоре инфернальный Буратино подрос достаточно, чтобы сожрать чёрную кошку, бывшую до его появления хозяйкиной любимицей. А ведь кроме кошки, в квартиру забредают ещё и другие съедобные существа! Например, пожилой почтальон… Или социальный работник – эту даму интересует, откуда взялся ребёнок у четы, которая, согласно заключению гинеколога, полностью стерильна…

Сила "Полена" заключается в подробностях: сами по себе гротескные, скорее даже смешные, в контексте фильма они приобретают зловещий характер. Чего стоят хотя бы кокетливо разложенные на супружеской постели подушки с вышитыми на них номерами от одного до двенадцати, с помощью которых Божена Хоракова имитирует беременность! А как выдержан эпизод с социальным работником! Едва эта толстуха, преодолевая сопротивление Божены Хораковой, врывается в квартиру, глаза её расширяются от невероятного зрелища. Стол заставлен бутылочками с молоком – в количестве, которого хватило бы на целые ясли. На плите в огромной кастрюле-выварке шипит мясо. Однако эти признаки тошнотворного повседневного пиршества не останавливают женщину. Она всё-таки войдёт в детскую – чтобы, испустив полузадушенный крик, попытаться убежать от того, что её там встретит. Не убежит! Ведь горло ей уже захлестнул корень… Безумное сочетание кукольной и рисованной анимации с виртуозным показом людей в самых неожиданных ракурсах (особенно режиссёр любит демонстрировать во весь экран жующие и разговаривающие рты) придаёт ирреальную документальность происходящему.

В том, что фильм получился довольно-таки неприятным и страшненьким, велика заслуга той оторопи, которую взрослый человек неизбежно испытывает перед маленьким ребёнком. Этот юный, совсем ещё недавно вышедший из небытия субъект – скопище неведомых намерений и непонятных чувств. У него своя мораль. Дети часто бывают жестоки; они способны отрывать насекомым лапки с тем же счастливым смехом, каким заливается Отик, кушая вкусненькую, жирненькую тётю. Деревянная голова с единственным трубковидным отверстием, из которого то мигает голубой глаз, то высовывается язык, то выскаливаются зубы, обрамлена гигантских размеров чепчиком. Лишённый еды, монстр жалобно хнычет. Он великан – но какой же он всё-таки маленький! Он ребёнок – но какое же он при этом чудовище!

Маленькое чудовище – и маленькое чудовище. Чудовище номер два живёт в одном подъезде с несчастными супругами Хораковыми. У чудовища белокурые косички и пухлые щёчки. Альжбетка – обычная девочка, но жажда разрушения, обитающая в этом привлекательном толстеньком теле, не меньше, чем у слабо смахивающего на человека Отика. Девочка раньше всех догадывается, что происходит в доме – но ничуть этому не ужасается, наоборот, с энтузиазмом становится сообщницей древесного людоеда. После того, как Хораковы, испуганные убийствами соцработника и почтальона, запирают "сынулю" в подвале, в сундуке, чтобы он там умер от голода, Альжбетка таскает ему из дома суп и второе, а когда этой скудной пищи не хватает, приводит в подвал людей… "Ну-ка, Отик, помоем ручки, не будешь же ты есть грязными корнями", - воркует эта малолетняя соблазнительница, перед тем как заманить в Отикову пасть старика-соседа, не раз педофильски заглядывавшегося на её голые ляжки. Следующие кандидаты в меню – Альжбеткины родители, которых девочка ненавидит. Впрочем, зрителям их тоже любить особенно не за что: он вечно пьёт пиво, она вечно готовит завтраки, обеды и ужины (по виду – малосъедобную размазню), и оба без конца таращатся в телевизор. Проявления раннего развития дочери вызывают у них панику и желание наказать эту мерзавку, в которой они чувствуют что-то опасное, но отсутствие фантазии не позволяет понять, что именно…

   И, наверное, плохо пришлось бы этому дому (а затем и кварталу! а затем и городу!), если бы не живущая на первом этаже старуха. Почти завершив свой жизненный цикл, старуха приблизилась к детству с противоположной стороны. Её глаза – размыто-голубые на морщинистом лице, напоминающем мятую подушку – глаза младенца. Так же, как Альжбетку, старуху ничуть не удивляет наличие в нашей нормальной современной действительности такого существа, как Отик. Старухин опыт показывает, что сказка бывает реальнее, чем выпуски новостей. А если Отик реален, его можно убить. И старуха убивает чудовище – не за то, что оно пожирало людей, а за то лишь, что оно посягнуло на любимую старухину капусту, которую она выращивает на заднем дворе.

"И тогда она разрубила Полену живот тяпкой, и оттуда посыпались все, кого он съел…"

Но этого финала нам не покажут. Тогда как окровавленные, обглоданные кости жертв Отика – показали. Извините, эта сказка – о детстве, но не для детей, а значит, режиссёр имеет право на плохой конец.

Возможно, читатель подумает, что я пересказала фильм целиком? На самом деле, любой пересказ не отразит и десятой его части. Описывать фильмы Шванкмайера - занятие столь же неблагодарное, как описывать картины Босха: и те, и другие распадаются на множество сценок, поражающих буйством красок и кишением необыкновенных существ. Сюжет здесь ничего не даёт. Это надо видеть, это надо вбирать собственными глазами...

Единственное, что мне мешает наслаждаться этой чёрной сказкой в полной мере – музыкальный фон, а точнее, его отсутствие. Музыка Вебера слишком нейтральна, чтобы подчёркивать или отрицать происходящее, она безразлична, словно звучит из радиоточки… Впрочем, может, это – элемент авторского замысла? В любом случае, ценитель необычного кино, решивший уделить внимание фильму "Полено", не потратит время зря.

Фотина Морозова

twitter.com facebook.com vkontakte.ru ya.ru myspace.com digg.com blogger.com liveinternet.ru livejournal.ru memori.ru google.com del.icio.us
Оставьте комментарий!

Комментарий будет опубликован после проверки

Имя и сайт используются только при регистрации

(обязательно)